ДИНАМИКА САТОРИ В ДЗЭН-БУДДИЗМЕ

 

ДИНАМИКА САТОРИ В ДЗЭН-БУДДИЗМЕ

 

В статье анализируется динамика трансформации сознания в дзэнской практике обретения просветления. Его сущность основана на преодолении дуальности обычного сознания. Выдвигается предположение о существовании архетипа – формообразующей сущности, обусловливающей обычное восприятие. Устранение последней и приводит к желаемой цели.

дзэн; сатори; формообразующая сущность

 

Хорошо известно, что дзэн (кит.чань), одна из самых влиятельных школ буддизма махаяны, в процессе своего развития выработала сложные методы воспитания, о значении которых в современной ситуации мы говорили ранее (1).

В данной работе мы пытаемся кратко проанализировать сущность дзэнского просветления («сатори»). Как отмечает Абаев (2), преображение структуры личности в системе дзэнской пра тики воспитания порой носило столь глубокий и тотальный характер, что затрагивало самые глубинные слои психики. В результате чего радикально менялись не только ценностные ориентации и обобщенные установки, но и базальные структуры психики. Это делалось с целью достижения так называемого «просветления» (кит.да-у, яп. сатори). Отметим, что данный феномен остается в европейской психологии изученным далеко недостаточно и в его трактовке среди ученых не существуют единого мнения. Укажем лишь на глубокие различия в понимании сатори двумя мыслителями, классиками современной психологии, Юнгом и Фроммом. Так, Юнг (3) в этой связи, пишет: «Воображение само по себе – явление психическое, а следовательно, назовем ли мы просветление «подлинным» или «мнимым» не имеет никакого значения.Человек, который является «просветленным» или, по крайней мере, утверждает это, в любом случае считает, что это правда. То, что думают об этом другие, нисколько не влияет на характер его опыта. Даже если бы он лгал, его ложь была бы фактом духовным». Такую оценку сатори полностью отвергает Фромм (1), утверждающий, что «ложь никогда не является «духовным фактом» или чем-либо подобным, – только ложью. Напротив, принципиально важно различать подлинное переживание сатори и ложное, которое может иметь и психопатологическое происхождение. Именно в этом и состоит одна из функций наставника дзэна – стоять на страже, дабы постигающий дзэн не подменял подлинное просветление воображаемым». Последняя позиция нам видится единственно верной, хотя саму онтологию сатори невозможно уложить в рамки только психологии. Разное понимание данного феномена связано еще и с тем обстоятельством, что опыт просветления или не-относительную реальность невозможно передать относительными словами, то есть интеллектуальным путем. Судзуки (2), самый авторитетный современный дзэнский учитель, утверждает, что «сделавшись понятием, сатори перестает быть самим собою. Последнюю реальность каждый должен уловить сам». «Полнота сатори, проистекающая из предельной пустоты, - указывает К. Хамфрейс (3) (основатель Будийского Общества в Лондоне), - является полнотой без границ, слиянием искры с пламенем индивидуума, с универсальным  сознанием». Согласно учению буддизма, когда наша внутренняя природа раскрывается, то оказывается, что у нас на самом деленет никакой внутренней природы и сущностью нашего сознания является фундаментальный принцип бытия – не проявленное, пустота, свободная от всего энергия, которую мастера дзэн и называют истинной природой или универсальным сознанием. «Просветление – процесс, при котором наше сознание постепенно становится полностью прозрачным, до самой своей сущностной природы», - указывает Хиксон (4).

Для достижения сатори необходима трансформация сознания, имеющая в системе дзэнской практики определенную динамику. Последняя символизирована в десяти рисунках, воплощающих саму сущность дзэн («поиски Быка» (5)).

Суть «Поисков» сводится к постоянной концентрации внимания на недоступной обычному сознанию истинной природе или Принципе. Для этого создается иллюзия дуализма между учеником и объектом его поисков. Вначале искатель учится избавляться от посторонних мыслей и фокусировать ум в не подвижной точке – центре своего бытия. В результате упорной работы он начинает понимать, что все воспринимаемые им феномены («следы Быка») проявлены изначальным сознанием и указывают путь к его раскрытию. В практике своей медитации ученик погружается все глубже и глубже во внутреннюю природу явлений, которые – лишь проявление изначального ума. Когда мысли исчезают, то исчезает и сам думающий. Они не могут существовать друг без друга – это две стороны одной монеты. После этого следует «прорыв» (1) – ученик достигает просветления, то есть приходит к реализации своей идентичности с истинным сознанием («встреча с Быком»). Затем, сохраняя энергию просветления, он расширяет и углубляет его первую вспышку («поимка Быка»), понимая, что обычное мышление лишь  опосредованное восприятие, отделенное от открытого пространства истинной природы. Здесь, согласно Кацуки (2), отпадает привычный способ сознания и входит в действие новый способ, независимый от пространства, времени и причинности.В результате происходит высвобождение энергии истинной природы, ранее сфокусированной на эго (теле и уме), и более глубокое слияние с ней («приручение Быка»). Теперь ученик полностью побеждает обычное сознание в повседневной жизни и излучает просветленность. Со следующим шагом («домой верхом на Быке») приверженец обретает три добродетели: сострадание, мудрость и просветление. Однако при этом сохраняется тончайшая иллюзия дуальности между искателем и Быком. Исчезновение последней символизировано на следующей картинке: «Бык забыт. Самость сама по себе». Искатель воспринимает самого себя как частное проявление истинной природы, хотя он сам должен исчезнуть. Это достигается со следующим шагом: «и Бык и Самость забыты». На рисунке изображен пустой круг, символ пустоты (шуньята), полное отпадение тела и ума. «Я» и мир забыты. Однако это глубокое состояние пустоты должно раскрыться в полноту. Девятый рисунок – «Возвращение к Первоистоку»: бесформенное сознание возвращается назад, пронизывает формы, не утратив при этом своей бесформенности, единства своей совершенной природы. Как отмечает Кацуки, просветленное существо не нуждается больше в иллюзии просветления. На данном этапе все воспринимается пробудившимся просветлением как его же собственные эманации. Это проявление Принципа – истока Всего, хотя при этом еще сохраняется очень тонкая иллюзия двойственности между Принципом – источником Всего и его проявлениями. На рисунке предста лены одни феномены: горы, вода и другие, но самого наблюдателя нет, то есть того «я», которого задевал вид этих феноменов, уже не существует. Десятый рисунок – «Приход на базарную площадь с руками, готовыми помогать» отражает стадию, на которой исчезает как двойственность, так и единство. Само пробудившееся просветление принимает форму простого человека, его тело переполнено жизненной энергией, его существо полно сострадательной любви. Он находится в запредельном, возвратившись в человеческий мир. Его самого уже нет, и это не он путешествует по миру, а пробудившееся просветление проявляет свою активность. Он не ощущает разницы между собой и окружающим миром. «Просветленный человек, - указывает Вон Кью Кит постигает, что само просветление не связано с переходом в иное место, именуемое Нирваной, что трансформация феноменальной реальности в реальность трансцендентальную осуществляется вне времени и пространства».

   Понятно, что здесь дана динамика сознательного входа в собственную психику для осознания ее глубинных слоев, то есть бессознательного. Весь процесс можно представить следующим образом. Вначале очерчивается психический контур – Бык, символизирующий Принцип, сокрытый в бессознательном. Этот цельный образ гипотетически располагается на границе между внутренним и внешним («бездверная дверь»). Мы означили этот объект, имеющий, по нашему мнению, архетипическое происхождение, как «формообразующую сущность». Последняя формирует пространственно-временной механизм восприятия, то

есть основной фактор эго-сознания. Иначе говоря, объекты, явления воспринимаются изолированно друг от друга благодаря формообразующей сущности. Изолировав формообразующую сущность в виде объекта, искатель сознательно сливается с ней, делая ее входом в бессознательное. Углубляясь в формообразующую сущность, искатель, поглощая этот образ (исчез Бык – остался человек), входит в пустоту, то есть в сущность самого сознания, которое становится своим собственным объектом. При этом искатель исчезает в самом себе (исчезли и Бык и человек). Это Пустота – Единое, и адепт отождествляется с ней. Последним разрешается главная задача преодолениесубъект-объектной двойственностисознания, то есть радикальное преображение психики.

 

Библиографический список:

1. Файнфельд И.А. Работай, мой дух (о системе дзэн). Благовещенск,

1991.

2. Файнфельд И.А. Россия и Китай: отношения на новое тысячелетие //Вестник ДВО РАН. 2000. № 1.

3. Файнфельд И.А. Воспитание и духовное развитие в философскорелигиозных системах Востока (буддизм, даосизм, конфуцианство) // Ученые записки Забайкальского государственного гуманитарно-педагогического университета им. Н.Г Чернышевского. Серия «Педагогика и Психология». 2012.

4. Абаев Н. В. Чань-буддизм и культура психической деятельности в средневековом Китае. Новосибирск: Наука, 183.

5. Юнг К. Г. Предисловие к книге Д. Т. Судзуки «Основы Дзэн-Буддизма» В кн.: Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. Пер с англ. Биштек.: МП «Одиссей». 1993.

6. Фромм Э. Дзэн-буддизм и психоанализ: пер. с англ. Философия. Психология. М.: АСТ: Астрель, 2011.

7. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма / В кн.: Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. / Пер с англ. Биштек.: МП «Одиссей». 1993.

8. Хемфрейс К. Концентрация и медитация, Тулку Т. Жест равновесия. К.: «REFL-book», 1994.

9. Хиксон Л. Десять сезонов просветления: дзэнские поиски быка. В. кн.: Что такое просветление? Под ред. Джона Уайта. Пер. с англ. М.: Изд-во Трансперсонального Института, 1996.

10. Плоть и кость дзэн. Пер. с англ. В. И. Нелина. Калининград: Российский Запад, 1992.

11. Лури Джон Дайдо. Восемь Врат Дзэн. Программа практики дзэн. Пер. с англ. М.: Изд-во «София», 2007.

12. Вон Кью Кит. Энциклопедия дзэн. Пер. с англ. А. Гарькавого. М.:ФАИР-ПРЕСС, 1999.