Медитация с книгой в руках // Газета «Ди Вох»,- 2010. – 26 марта

Поступление новой литературы в библиотеку – дело будничное, хотя встреча с некоторыми книгами вносит в жизнь ошеломляющую новизну и удивление. Читая, понимаешь, что ничего подобного доселе в руках не держал. Как всё новое, на первый взгляд, не совсем понятно, но те, кто имеют здоровый познавательный аппетит, дочитают до конца необычную книгу и через возникшие ассоциации найдут близкие своему интеллектуальному и духовному миру понятия и состояния. Как, например, находим в сюрреалистической картине или в музыкальном произведении… Речь идёт о книге Игоря Файнфельда «Внутриутробная жизнь капитана Серого. Медитативная повесть.», выпущенной в Москве, в издательстве «Спутник +» в 2008 году. 

Автор – врач, доктор биологических наук, экстрасенс международного класса, психолог, психотерапевт, и это отразилось на  жанре, теме, художественных образах и  лексике произведения. 

По жанру это медитативная повесть, а медитация выражается в отрешённости медитирующего от внешних объектов. Среди методов медитации наиболее известны йога, «духовные упражнения» иезуитов, «учение о пути» в суфизме и  дзен-буддизм, к которому автор представляемой здесь книги наиболее привержен. Такое суждение подтверждают вышедшие несколько лет назад книги Игоря Файнфельда «Работай мой дух» (о системе Дзен), «Пробуждение внутреннего Бога. О Раджа Боге и медитации» и ряд статей.

И вот перед нами – новое произведение, уводящее читателя от привычных реалий. Хотя не совсем… Герои повести, а точнее их имена в сочетании с профессиями: генерал Белый, капитан Серый, сыщик-философ Мурлонов, майор Вымев, несмотря на то, что находятся в необычных условиях, напоминают читателям вполне реальных людей, с которыми их иногда сводит жизнь. Археологи, которые искали в себе остатки прошлых цивилизаций. Геологи, которые искали в себе золото. Проглядь, во всех видевшая только себя. Шакал, который держал скудный магазин, где на витрине лежали мировоззрения жизни и смерти. Эклект Эклектович, желающий соединить всё и мыслить, ничего не упуская. Сутулов-Чернихидзе – который обвинял окружающих в собственной неполноценности, находил чистую сущность и выливал на неё собственную грязь, создавая иллюзию очищения. Абсуд Хаосович, который считал, что с логикой можно задохнуться. Брехун, постоянно искавший какую-нибудь маму. Пулемёт, стоящий в очереди первым. Пепчик, который хочет стать ассенизатором века. Начальник спецбани Амат Иванович Несвой и т.д. Узнаваемые герои заставляют улыбнуться, усмехнуться… Неправда ли?

«Внутриутробная жизнь…» содержит в себе ярко выраженное   эзотерическое начало: идею совершенства предсуществования и заведомого несовершенства явленного мира.

Тем, кто занимается поэтическим творчеством, некоторые отрывки текста медитативной повести пригодятся как аффермации (есть такая техника в  нейролингвистическом программировании). Например: «Я вижу мировую ось в полёте птиц, потоке воды, шелесте листвы, в мирном мерцании исчезающих звёзд. Когда я пишу, то высвобождаю скрытую в созерцаемых вещах энергию, глубинную энергию творящего принципа, сокрытую ось мироздания. В этом магия стиха.

Золотой луч, выходящий из моего лба, пронзает пространство. Я обретаю стило для письма золотых букв света».

Тема «Поэта и поэзии» давно существует в литературе и не чужда автору Медитативной повести, создавшему ряд поэтических сборников и являющемуся членом Союза писателей России, лауреатом премии «Золотое перо». И там, где герой повести Бреус беседует с Поэтом, читатель с интересом внимает размышлениям о стиле и внестилье, о звёдном слухе и звёздных глазах Поэта. «Кто разделил меня со звёздами?» – спрашивает Поэт, и сам отвечает: «Моя земная глупость». Поэт в повести способен слышать музыку тишины…Его герои с именами Тлятля и Витля и то, что «тлятлизм завоёвывает всё большее число сторонников» противопоставлены Книге.

«У Поэта все карманы были набиты камнями.

-Зачем? Спросил Емеля.

-Боюсь взлететь.

-Выбрось эти камни. Тебе нужен один камень – философский»…

Карлик - один из персонажей - даёт рецепт долголетия и творческой жизни: «Не давать своим понятиям окостеневать – в этом тайна долголетия и творческой жизни». И далее снова следуют откровения тонких миров, продиктованные автору повести, которые читатель может принять как аффирмации и произносить вслух, веря в их действенность: «Вселенная, нет для тебя ложа из моих костей! Жизнь и мудрость – в постоянном преодолении окостенения. Я живу, пока мои понятия не стали костями. Не стань же моим палачом ты – окостеневший человек!»

Если говорить о лексике, используемой автором, то следует отметить обилие неологизмов: серизм, самодом, маткомозг, однодвойственность, обменталился и т.д.

Произведение не принадлежит реалистическому искусству. Скорее это пример сюрреализма в литературе. Такое впечатление, что обираешь куст, усыпанный сюрреалистическими ягодами. Набрал корзинку, взглянул на обобранный бок куста, а там ещё ягодка, и ещё… Которые ты не заметил, а может быть видел, но оставил на потом, обратив своё внимание на другие, более крупные. Вернулся, протянул  руку – прикоснулся к  образу…Внимательно разбираешься: к кому и к чему ты дотронулся, в какие сферы вошёл? А здесь ты оказываешься то в медицинских, то в философских, то в эзотерических, то в религиозных областях действия, куда увлекает тебя художественное воображение автора.

Эта повесть стала десятой книгой Игоря Файнфельда в фондах Биробиджанской областной научной библиотеки имени Шолом-Алейхема. Может  именно с неё начнётся ваше личное знакомство с творчеством писателя, ныне живущего в Биробиджане, чьи произведения уже публиковались в США, Польше, Болгарии, Испании.

           Заведующая сектором        национальной литературы Биробиджанской областной научной библиотеки им. Шолом – Алейхема              Алла Акименко